Главная / Политика

11 сентября не изменило мир – он уже был на пути к десятилетиям конфликта

Евгений Пуртов - 11.09.21 (обновлено 11.09.21)

Теракты 11 сентября в Нью-Йорке и Вашингтоне носили характер висцерального воздействия. Менее чем за три часа башни-близнецы Всемирного торгового центра превратились в гору из искореженного металла и обломков бетона, в результате чего погибло более 2700 человек, а еще сотни были убиты в Пентагоне. Все объекты были уничтожены людьми, вооруженными только пакетными ножами, угнавшими заправленный топливом пассажирский самолет.

Америка подверглась нападению. Это произошло вскоре после того, как Джордж Буш сформировал свою новую администрацию с очень влиятельными неоконсерваторами и напористыми реалистами в Пентагоне и Государственном департаменте, а также в самом Белом доме. Все были полны решимости увидеть воплощение в жизнь видения «нового американского века» – неолиберального мира со свободным рынком, основанного на опыте США и управляемого прогрессом после окончания холодной войны в качестве единственной мировой экономической и военной сверхдержавы.

Фото: https://ria.ru/

В то время комментаторы сравнивали атаку с Перл-Харбором, но эффект от 11 сентября был намного сильнее. Перл-Харбор был нападением военно-морских сил государства, уже находившегося в большой напряженности с Соединенными Штатами. Это было против военной базы в до-телевизионную эпоху и вдали от континентальной части Соединенных Штатов. Атака 11 сентября была гораздо большим потрясением, и если война с Японией стала следствием Перл-Харбора, то война будет после 11 сентября, даже если преступники и те, кто стоит за ними, вряд ли будут известны американской общественности.

Видение нового американского века должно было быть обеспечено, и сила оружия была способом сделать это, первоначально против «Аль-Каиды» и «Талибана» (деятельность этих организаций запрещена в России) в Афганистане. Некоторые люди в то время выступали против войны, считая ее ловушкой, чтобы втянуть США в оккупацию Афганистана вместо того, чтобы рассматривать 11 сентября как акт ужасающей массовой преступности, но их голоса не принимались в расчет.

Первая «война с террором» – против «Аль-Каиды» и «Талибана» – началась в течение месяца, длилась всего два месяца и казалась немедленным успехом. За этим последовало обращение Буша о положении страны в январе 2002 года, в котором объявлена ​​расширенная война против того, что Буш назвал «осью зла» государств-изгоев, намеревающихся поддерживать террор и разрабатывать оружие массового уничтожения. Ирак был приоритетом, а в кадре – Иран и Северная Корея. Война в Ираке началась в марте 2003 года и закончилась к 1 мая, когда Буш произнес свою речь «миссия выполнена» из кабины авианосца «Авраам Линкольн».

Это было кульминацией всей возглавляемой США «войны с террором». Афганистан стал первой катастрофой, когда талибы вернулись в сельские районы в течение двух-трех лет и продолжали воевать с США и их союзниками в течение 20 лет, прежде чем вернуть себе контроль в прошлом месяце. В Ираке, несмотря на то, что к 2009 году повстанцы казались побежденными, а через два года США смогли вывести свои войска, Исламское государство (ИГ) (деятельность организации запрещена в России) воскресло из пепла, как феникс. Это привело к третьему конфликту, интенсивной воздушной войне 2014-18 годов на севере Ирака и Сирии, в которой участвовали США, Великобритания, Франция и другие страны, в результате чего погибли десятки тысяч сторонников ИГ и несколько тысяч мирных жителей.

Даже после распада своего халифата в Ираке и Сирии ИГ снова возникло, как пресловутый феникс, распространив свое влияние на Сахарский Сахель, Мозамбик, Демократическую Республику Конго, Бангладеш, юг Таиланда, Филиппины и обратно – еще раз в Ираке и Сирии и даже в Афганистане. Распространению через Сахель способствовал крах безопасности в Ливии: интервенция под руководством НАТО в 2011 году стала четвертой из неудачных войн Запада всего за 20 лет. Перед лицом этих горьких неудач возникает два связанных вопроса: было ли 11 сентября началом десятилетий нового мирового беспорядка? И куда мы идем отсюда?

Фото: https://regnum.ru/

11 сентября в контексте

Естественно, рассматривать единичное событие 11 сентября как перевернувшее их традиционные военные позы с ног на голову, это заблуждение. Изменения уже произошли, как слишком хорошо показали два совершенно разных события в феврале 1993 года, за восемь лет до атак. Во-первых, новый президент США Билл Клинтон назначил Джеймса Вулси новым директором ЦРУ. На вопрос о его утверждении в Сенате, как бы он охарактеризовал окончание холодной войны, он ответил, что США убили дракона (Советский Союз), но теперь столкнулись с джунглями, полными ядовитых змей.

В течение 1990-х годов, во многом в соответствии с фразой Вулси, американские военные перешли от позиции «холодной войны» к подготовке к небольшим войнам в отдаленных местах. Больше внимания уделялось системам дальнего действия, десантным войскам, авианосным группам и спецназу. К моменту избрания Буша в ноябре 2000 года США были гораздо более подготовлены к укрощению джунглей.

Во-вторых, американские военные и большинство аналитиков во всем мире упустили из виду значение нового явления – стремительно улучшающуюся способность слабых выступать против сильных. Однако знаки уже были. 26 февраля 1993 года, вскоре после того, как Вулси заговорил о джунглях, полных змей, исламистская военизированная группа попыталась разрушить Всемирный торговый центр, заложив массивную бомбу в грузовике на подземной автостоянке Северной башни. План состоял в том, чтобы обрушить его на прилегающую гостиницу Vista и Южную башню, уничтожив весь комплекс и убив более 30 000 человек.

Атака провалилась – хотя шесть человек погибли – и значимость атаки была в значительной степени упущена, хотя в 1990-х годах было много других признаков слабости. В декабре 1994 года алжирская военизированная группа попыталась разбить пассажирский самолет Airbus в Париже, атака была предотвращена французским спецназом во время дозаправки в Марселе. Месяц спустя в результате взрыва Центрального банка в Коломбо, Шри-Ланка, была разрушена большая часть центрального делового района Коломбо, в результате чего более 80 человек погибли и более 1400 человек получили ранения.

За десять лет до первых атак на Всемирный торговый центр 241 морской пехотинец был убит в результате единственной бомбежки в Бейруте (еще 58 французских десантников были убиты второй бомбой в их бараке), а в период с 1993 по 2001 год были нападения на Ближнем Востоке и Востоке. Африка, включая бомбардировку башен Хобар в Саудовской Аравии, нападение на военный корабль США «Коул» в гавани Адена и бомбардировки дипломатических представительств США в Танзании и Кении. Атаки 11 сентября не изменили мир. Это были дальнейшие шаги по хорошо обозначенному пути, ведущему к двадцатилетнему конфликту, четырем неудачным войнам и ясному концу не видно.

Фото: https://rossaprimavera.ru/

Что теперь?

Однако этот долгий путь с самого начала имел один фундаментальный недостаток. Если мы хотим разобраться в более широких глобальных тенденциях небезопасности, мы должны признать, что весь анализ, посвященный годовщине 11 сентября, основан на убеждении, что главная проблема безопасности должна быть связана с крайней версией ислама. Это может показаться разумной ошибкой, учитывая влияние войн, но все же упускает из виду суть. Войну с террором лучше рассматривать как часть глобальной тенденции, которая выходит далеко за рамки одной религиозной традиции – медленное, но неуклонное движение к восстанию на периферии.

Когда Пол Роджерс, профессор исследований мира (Брэдфордский университет), писал свою книгу «Потеря контроля» в конце 1990-х, за пару лет до 11 сентября, он сформулировал это так:

«Что следует ожидать, так это того, что разовьются новые социальные движения, которые, по сути, являются антиэлитными по своей природе и будут получать свою поддержку от людей, особенно мужчин, находящихся на обочине. В различных контекстах и ​​обстоятельствах они могут иметь свои корни в политической идеологии, религиозных убеждениях, этнической, националистической или культурной идентичности или в сложной комбинации нескольких из них.

Они могут быть сосредоточены на отдельных лицах или группах, но наиболее общей чертой является противодействие существующим центрам силы ... Можно сказать, что при нынешних тенденциях антиэлитные действия будут основной чертой следующих 30 лет, став эпохой восстаний.

Это проистекает из точки зрения, согласно которой главными факторами глобальной незащищенности являются сочетание усиливающегося социально-экономического разделения и экологических ограничений для роста в сочетании со стратегией безопасности, основанной на сохранении статус-кво. «Джунгли, полные змей» Вулси можно рассматривать как следствие этого, но будут доступны военные ответы, чтобы держать проблемы в секрете – короче луддизм».

Фото: https://tass.ru/

Спустя более чем два десятилетия социально-экономическое разделение обострилось, концентрация богатства достигла уровня, который лучше всего описать как непристойный, и даже резко возросла во время пандемии COVID-19, что само по себе привело к нехватке продовольствия и росту бедности. Между тем изменение климата ускоряется в сторону ухудшения, снова оказывая наибольшее воздействие на маргинализированные общества. Поэтому имеет смысл рассматривать 11 сентября в первую очередь как раннее и печальное проявление того, что слабые выступают против сильных, и что военный ответ в нынешней глобальной обстановке безопасности, к сожалению, не соответствует сути. По крайней мере, существует острая необходимость переосмыслить то, что мы подразумеваем под безопасностью, а времени для этого остается мало.

Добавить комментарий

* Обязательные поля
1000
изображение Captcha

Комментарии

Комментариев пока нет. Будьте первым!

Последние материалы из раздела "Политика"

Выбор редакции