Главная / Политика

Вакцинная дипломатия: как некоторые страны используют COVID для усиления своей мягкой силы

Евгений Пуртов - 25.02.21 (обновлено 25.02.21)

Пандемия COVID-19 привела к появлению различных новых, измененных или недавно популярных терминов. Новейшим элементом в лексиконе пандемии может быть «вакцинная дипломатия», когда некоторые страны используют данный фактор для укрепления региональных связей и повышения своей собственной мощи и глобального статуса.

В начале февраля в Пакистан прибыло полмиллиона доз китайской вакцины Sinopharm COVID-19, а вскоре и в 13 других странах, включая Камбоджу, Непал, Сьерра-Леоне и Зимбабве. Посол Китая в Пакистане объявил это «проявлением нашего братства», и это мнение поддержало пакистанское правительство. Россия также использовала свою собственную вакцину Sputnik V, чтобы завоевать друзей и поддержку, предоставив доступ странам, которые еще не смогли начать свои собственные программы вакцинации.

Фото: https://www.rbc.ru/

Индия безвозмездно поставляет вакцины AstraZeneca / Oxford, производимые в стране, соседям по региону, включая Бангладеш, Мьянму и Непал, укрепляя не только свою репутацию поставщика дешевых и доступных вакцин на юг мира, но и бросая вызов усилиям Китая на региональном уровне и в условиях доминирования в период обострения напряженности между двумя странами. Между тем, как сообщается, Израиль согласился заплатить России за отправку вакцины Sputnik V сирийскому правительству в рамках сделки по обмену пленными.

Вакцинная дипломатия также включает попытки подорвать доверие к намерениям и эффективности конкурирующих держав. Китай и Россия были обвинены правительствами Европы и Северной Америки в поддерживаемых государством кампаниях дезинформации, направленных на подрыв доверия к вакцинам, производимым в этих регионах. И Россия отправила поставки Спутника V в Венгрию, что, по мнению некоторых, было направлено на подрыв единства и доверия к ЕС. Однако Европа и Северная Америка опоздали с поставкой вакцин в более бедные страны и регионы. Призывы таких лидеров, как Эммануэль Макрон из Франции, пожертвовать вакцины более бедным странам, а также обещания Великобритании пожертвовать излишки вакцин появились только в последние дни.

Ввиду отсутствия поставок вакцин в более бедные страны некоторые на Западе пытались поставить под сомнение достоверность усилий Китая и России, представляя их циничными уловками для дипломатической выгоды. Вы можете получать вакцины, говорят они миру, но какой ценой в ваших обязательствах перед Россией и Китаем – даже когда западные страны оборачивают свою собственную международную помощь в условиях, часто включающих стремление к торговым сделкам. Ответ на вирус с самого начала был встроен в глобальную власть и дипломатические споры – от администрации Трампа, на каждом шагу ссылающейся на «китайский вирус» в рамках более широкой политической и экономической борьбы с Китаем, до попыток Китая использовать собственный успех в усилении легитимности строгих мер и ограничений политических и социальных свобод.

На самом деле, борьба с болезнями уже давно используется как средство расширения «мягкой силы» и завоевания друзей. Соперничество сверхдержав за влияние через иглу иногда даже было положительным: успех кампании по искоренению оспы отчасти был вызван соперничеством между Советским Союзом и США. В ответ на эпидемию Sars в 2002 году Китай оказал помощь и поддержку пострадавшим странам, чтобы укрепить свой статус глобальной державы, в том числе Тайваню. Это резко контрастирует с его более напряженными отношениями с Тайванем во время последней эпидемии.

Такая помощь, как правило, приобретает самое мягкое влияние, поскольку рассматривается как беспристрастная и свободная от личных интересов. Перед слиянием с Министерством иностранных дел и по делам Содружества, например, репутация бывшего Департамента международного развития Великобритании (DFID) отчасти была усилена его законодательно закрепленным акцентом на бедности и его автономном статусе. Нынешний раунд вакцинной дипломатии со всех сторон – ни то, ни другое.

Фото: https://centralasia.media/

Перспектива того, что глобальное здравоохранение станет новой ареной глобальной конкуренции и соперничества за власть, должна беспокоить всех нас. Какие бы выгоды ни приносило такое соперничество в прошлом, они добились этого посредством соперничества на основе сотрудничества. Глобальный ответ на COVID-19 до сих пор имел тенденцию к отказу от сотрудничества и разделению, обвинению или попыткам посеять недоверие.

Сложности глобального здравоохранения и потребности миллиардов людей, лишенных преимуществ науки и инноваций в области вакцин, требуют действительно глобальных ответных мер. Приведет ли ответная реакция на COVID-19 к более равноправному партнерству за здоровье для всех или укрепит некоторые из худших инстинктов, проявленных в прошлом году, будет определять не только течение COVID-19, но и влияние следующей эпидемии, угрожающей глобальному здоровью.

Добавить комментарий

* Обязательные поля
1000
изображение Captcha

Комментарии

Комментариев пока нет. Будьте первым!

Последние материалы из раздела "Политика"

Выбор редакции